Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Предызбранное








«Не в православии ли одном сохранился Божественный лик Христа во всей чистоте? И может быть, главнейшее предызбранное назначение народа русского в судьбах всего человечества и состоит лишь в том, чтоб сохранить у себя этот Божественный образ Христа во всей чистоте, а когда придёт время, явить этот образ миру, потерявшему пути свои!» (Ф. М. Достоевский).

«А если бы кто захотел спорить, то мы не имеем такого обычая». (1 Кор. 11, 16)

Неизбывное (Часть 11)

Как-то отдельной темой хранится в памяти повседневное наше хождение через небольшой но «настоящий» лес, отделяющий монастырь от скита. Вот именно как-то не поворачивается язык называть его «леском» или даже рощей, потому что он был и остаётся полноправным наследником и потомком того самого дремучего бора, в котором когда-то и был основан монастырь. Только на участке между монастырем и скитом его несколько «облагородили», проредили, очистили от валежника, бурелома и подлеска, но сами деревья – высокие стройные дубы и корабельные сосны, каких я в Крыму отродясь не видал – деревья сами остались и благодаря им лес был действительно лес. А когда осенью подножие его утопало в шуршащей разноцветной листве и к тому же было ещё тепло, то гулять по этому лесу было одно удовольствие. То есть никто не гулял, насколько я помню, здесь специально. Но вот после работы, когда выдавалось свободное время, по дороге в скит – приятно было пройтись по этому лесу неспешно, молясь и радуясь сразу всему: и солнышку и небесам сквозящим синевой в просветах редеющих крон и паутинке летящей и поблескивающей на солнце и тому особенному, напитанному светлой грустью запаху опавшей листвы, который вызывает в сердце тоску по чему-то высшему… Но главное всё же не это. В конце концов, лесов таких или подобных ему много, но именно с этим, оптинским лесом связанны воспоминания особенные, относящиеся к переживанию реальности присутствия Царствия Божьего, присутствия благодати. Когда всё окружающее казалось объятым этой благодатью и включенным в это неизреченное Царствие. Помню, что в эти моменты я понимал что ничего, совершенно ничего мне больше в жизни не нужно, потому что это было реальное ощущение присутствия Божьего, при таком же реальном и всепоглощающем чувстве глубочайшего сердечного сокрушения, умиления и любви. Не знаю, почему эти удивительные состояния посещали меня чаще во время уединенных прогулок по осеннему оптинскому лесу, и реже - в храме. Но для себя я нахожу такое объяснение, что в храме бывает труднее отрешиться от чисто внешних впечатлений и обстоятельств, от осознания присутствия других людей. Так что волей-неволей себя контролируешь и делаешься менее способен к таким переживаниям, которые предполагают «упразднение ума», полное доверие Богу и внутреннюю свободу.
 

Collapse )

Неизбывное (Часть 10)

Старшим по общежитию, вроде коменданта у нас был Михаил, старичок, смиренный и добрый, но, вместе с тем исполнительный и порядочный, так что, думаю, за эти качества его и назначили на эту должность. Он был невысок ростом, жилист и худ, но крепок ещё вполне, с седой бородой, волосами, убранными назад и схваченными на лбу тесемкой. Ещё характерная деталь – он носил очки с мощными линзами так что глаза его казались больше обычного. Михаил нас всегда будил по утрам в одно и то же время, часов в семь громким звоном ручного колокольчика вроде тех, что носят школьники в День знаний или на Последней линейке.

Collapse )

Неизбывное (Часть 9)

Я как-то сразу начал свои воспоминания по принципу  «территориальному». То есть с описания места основного моего пребывания – со Скита и храма Льва Катанского, в котором было устроено общежитие для паломников и трудников. И вот ещё одно яркое событие, которое вспоминается мне в связи с этим общежитием, и это событие совсем невесёлое и даже жутковатое. Впрочем, я сейчас говорю «жутковатое», а тогда оно просто всех нас ввело в ступор. Точно помню, что это был Рождественский пост, может быть даже первая его неделя. Я вечером пришел как обычно в общежитие и сразу почувствовал, что что-то случилось из ряда вон выходящее. Какая-то гнетущая, тяжелая царила в общежитии атмосфера, усугубленная растерянным и мрачным молчанием. Я всё пытался выяснить что происходит, но все как-то уходили от ответа и наконец один паренек (сам по себе любопытный персонаж и я о нем скажу потом несколько слов) рассказал мне о причинах этой тягостной обстановки.

Collapse )

Неизбывное (Часть 7)

Из монастырской братии вспоминается мне послушник Стефан, который был очень юн, а ещё как-то особенно, отчаянно неказист. Почему-то мне представляется что он хромал, как известный горбун из «Нотр-Дам де Пари» хоть и не уверен что это так. Зато я точно помню, что когда он начинал читать вслух в храме - было ощущение какого-то невероятного издевательства на грани кощунства. Так он читал: неимоверно коряво, но притом громко и ничуть не пытаясь эту свою корявость как-то скрыть или сгладить. Он как бы говорил всем своим видом: ну вот я такой и что теперь, убить меня, что ли… О Стефане было известно, что он из «неблагополучной семьи» и мать привезла его и оставила в Оптиной пустыни на иждивении монахов. Фактически бросила. Было ему тогда лет 12, не больше. На момент нашего знакомства он прожил в монастыре около пяти лет.

Collapse )

Неизбывное (Часть 1)

В душе каждого человека живут воспоминания, о которых вроде бы и рассказывать особо нечего, но не потому что они ничего не значат (напротив – они  составляет неотменимую и важнейшую часть нашей жизни), а потому, что они просты, безыскусны и даже как будто «неинтересны» в непосредственном своём изложении. И всё-таки при всей своей обыкновенности эти воспоминания дают человеку силы надеяться, верить и жить.
- - -
Collapse )

Крестный ход в день Святого Духа (часть 1)

Сразу, чтобы было понятно, объясню, где мы вчера побывали. Это вторая по высоте гора Крыма – Чатыр-Даг. Ну, так вот - видите правый отрог, высшую его точку? Там мы вчера и оказались милостью Божией.

Я бывал на Чатырдаге несколько раз, но только на нижнем плато и в последний раз лет уже десять назад. А мне давно хотелось подняться на самый верх. И вот вчера, в день Святаго Духа мне посчастливилось отправиться с паломниками на вершину Чатыр-Дага. Это восхождение вот уже несколько лет совершается при большом стечении народа и именно на следующий день после праздника Святой Троицы.

Collapse )

Отец Илий

Сегодня день памяти 40 мучеников Севастийских. И именины отца Илия…

Знаете, так бывает – человек о тебе не помнит и не узнает при случае, но ты сам считаешь его дорогим, родным человеком. Не по разуму только, но по чувству глубокой духовной благодарности…

Было гибельное время, лет 20 назад, когда всё рушилось в жизни моей семьи, и сдержать этот крах было невозможно. Я убежал тогда в Оптину пустынь именно потому, что совершенно уже ничего не мог изменить и просто «бросился» в объятия Божии. И вот – впервые встретил отца Илия, который меня утешил и поддержал….

Я жил тогда несколько месяцев в Оптиной, трудился, молился, как мог, иногда подходил посоветоваться со старцем. И всегда меня удивляло, как просто он говорит о самых сокровенных, важных вещах… как бы между прочим. А позже я узнал, что вот так же просто, совершенно безпафосно старец говорит слова и прямо пророческие.

Был тогда с ним рядом удивительный человек, иеродьякон, отец Феофил. Он буквально опекал батюшку, как нянька. И вот отец Феофил этот задумал отправить моим родителям посылку… То есть как задумал… Родители тогда ещё были не крещены и вот я купил им какую-то копеечную книжку в Оптинской лавке, пару крестиков и попросил отца Феофила, чтобы он отправил бандерольку, на которую у меня денег уже не было. А отец Феофил, я знал, в таких делах никогда не отказывал.

И точно, он отнёсся к моей просьбе со вниманием и сказал: «Хорошо, я только зайду с батюшкой посоветуюсь…» - и исчез в алтаре.

Collapse )

Там, где оживает душа (2)

На роднике к прочим лечебным процедурам прибавляю ещё и "спа": фыркаю от наслаждения, как бобр, обливаясь ключевой водицей. Пью её, ловя горстями вместе с играющим солнечным бликом. После изнурительного, потного подьёма - это действительно редкостное блаженство! Потом сижу на камне и кажется - не сижу, а плыву куда-то в невесомой радости и этой радости нет конца. Но надо идти дальше.

Collapse )

Там, где оживает душа (3)

Утро звенящее, ясное распахнуто в небеса. Собираю рюкзак, миную Цитадель и с особым, щемящим чувством подхожу к Кухне. Это простая пещера, вырубленная в скале, на Мангупе таких сотни, и всё же Кухня - место особенное! Сколько здесь было всего переговорено, передумано, пережито! Здесь в начале 90-х сходились все мангупские пути-дорожки, всегда был слышен говор и смех, горел костёр, в кружке дымился чай... Сейчас всё поросло быльём. То необъяснимое воодушевление, которое без уствавов и правил поддерживало на мангупе пёструю жизнь босяцкой комунны - кануло в Лету. Что поделаешь, так, наверное, и должно быть, но сердце щемит не столько от ностальгии, но от осознания, что было в той жизни что-то по настоящему важное, ценное, что мы почти утратили в нашей деловитой, рациональной и жёстокой действительности. Потеряли тепло человеческого общения!..

Collapse )