?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Письма Матери

Сегодня день рождения великого русского писателя Ивана Сергеевича Шмелёва.
В его многотрудной  биографии есть такой эпизод. Когда в 1923 году в Лозанне русским офицером Конради был застрелен советский дипломат Вацлав Воровский, Иван Сергеевич обратился в следственные органы с письмом в защиту подсудимого. В этом письме говорилось: "...Считаю долгом совести для выяснения Истины представить Вам нижеследующие данные, проливающие некоторый свет на историю террора, ужаса и мук человеческих, свидетелем и жертвой которых пришлось мне быть в Крыму, за время с ноября 1920 по февраль 1922 года." И дальше писатель приводит трагические примеры, среди которых есть следующий:
"В г. Алуште арестовали молодого писателя Бориса Шишкина и его брата Димитрия, лично мне известных. Первый служил писарем при коменданте города. Их обвинили в разбое, без всякого основания, и несмотря на ручательство рабочих города, которые их знали, расстреляли в г. Ялте, без суда. Это происходило в ноябре 1921 года".
Этот эпизод вошёл и в эпопею "Солнце мёртвых" (главы: "Игра со смертью", "На пустой дороге" и "Конец концов").
Борис и Митя Шишкины - мои двоюродные деды, по линии отца.
Несколько лет назад я  нашёл пачку старых, выцветших писем мамы Бориса и Мити - Евфимии. Это была простая, русская женщина, бесконечно любившая свою семью и не сумевшая пережить гибель детей (она умерла через год). Мне показалось, что эти письма помогают яснее почувствовать весь масштаб и ужас братоубийственной трагедии тех лет.
***
ПИСЬМА МАТЕРИ
Объясняя, почему он не покинул Крым с Добровольческой армией, Борис Шишкин говорит: "Ради семьи остался. Отца, мать жалко бросать, сестрёнку..." Вот эта сестрёнка - Лена или, как её называли в семье, Лиля - и есть моя бабушка по линии отца.
После трагической гибели двух её братьев - Бориса и Мити - 17-тилетняя Лена получает от близкого друга семьи письмо, в котором говорится: "...Бедная, многострадальная моя Лиленька, так грустно, так тяжело... Слов не найдёшь и утешений тоже, жаль мне тебя бесконечно... Не смогут сбыться мечты Бориса: "Возьму Лилю и увезу её за границу, буду учить, развивать..." Бедный, всю жизнь без личной жизни, с желанием жить для других. А Митя - всегда весёлый, восторженный, молодой - ну никак не могу представить реалию этого ужаса... Жаль бедную маму!.."
Для Ивана Сергеевича Шмелёва весь ужас революции сосредоточился в разрушении семьи. Это было связано как с личной трагедией, так и с осознанием того, что именно семья, - эта "малая Церковь", - призвана к сохранению духовной и нравственной преемственности поколений. И в этом смысле глубина прозы Ивана Сергеевича Шмелёва измеряется не только силой его таланта, но и той трагической ПРАВДОЙ ЖИЗНИ, без которой, по слову Достоевского, не мыслима Русская литература.
Полнее почувствовать и оценить глубину этой ПРАВДЫ, возможно, позволят нам письма матери Бориса - Евфимии Шишкиной. В этих письмах раскрывается жизнь семьи во всей своей непритязательной... и уязвимой простоте.
***
Первые письма относятся к относительно мирному, дореволюционному периоду:
"...Милая Верочка, я села тебе писать и хочу описать нашу жизнь. Я встаю в семь часов утра и иду на базар, потом ставлю самовар. Пьём чай, я топлю плиту, потом убираю комнаты и мы садимся обедать. После обеда мою посуду, потом стираю бельё, или шью, или пилю с Борисом дрова. Дальше пьём чай и я два часа читаю детям сказки. Вечером ужинаем, дети ложатся спать, а я или шью, или читаю часов до двенадцати... (Примечательно, что это пишет человек, не имевший образования: Евфимия Шишкина научилась читать самостоятельно уже в зрелом возрасте и хотя писать грамотно не умела, но читала всегда с большим удовольствием). Дети учатся охотно, в особенности Шура - учит уроки сам, - а Митю приходится заставлять. Лиля тоже умеет читать, хотя её никто не учил: пришла ко мне сегодня с азбукой и стала читать, даже хорошо. Сегодня прочитала целую страницу, конечно крупной печатью".

Большинство писем адресовано старшей дочери - Вере, которая сначала училась в Рязанской гимназии, а затем на Женских Технических Строительных курсах в Москве:

"...Тебе скоро будет 18 лет, ты совсем уже большая, а я всё считала тебя маленькой девочкой. Но смотри не обрадуйся, что ты большая и не вздумай влюбиться в какого-нибудь дурака. Скоро вышлю тебе гостинец. Какой - не скажу, но не думай, что я могу выслать что-нибудь необыкновенное, а так себе - что смогу, а лучшего и взять нечего... Я пока здорова, но только сильно устаю, и болят руки от работы, а прислуга здесь очень дорогая и всё нехорошего поведения".

Оплата обучения дочери и содержание многодетной семьи требовали от отца - Анатолия Петровича Шишкина - крайнего напряжения сил:

"...Папа квартиру в Каменке оставил и снял себе комнату. Работы у него очень много. Недавно работал две ночи, третьего дня приехал к нам, а вчера утром стал вставать и ему вступило в поясницу, как тогда в Москве. Не может двигаться и теперь лежит. Второй день ставлю горчичники, не знаю, когда он встанет... Сейчас папа лежит в маленькой комнате, а я и все дети в большой комнате. Они за уроками, а я пишу тебе - все за одним столом... Спим пока на полу, папа спит на кровати. Ведь не можем же мы покупать кровати по сорок рублей за штуку".

Некоторые письма адресованы и Борису, который, по-видимому, гостил иногда в рязанском имении своей бабушки - Софьи Дмитриевны Богдановой:

"Милый Боря, я твоё письмо получила только 23-го, когда ты был уже в Братовке. Вам, наверное, папа говорил, что Митя ожёг себе ногу и почти месяц лежал в постели. Страшно похудел и стал как пёрышко, но сегодня третий день встаёт и ползает, а на ногу ступить не может. А уж как он ждёт вас домой! и очень о вас скучает, только и разговору, что: "Когда приедут Боря с Верой?" Господи, а уж я то как бы посмотрела на вас! Я хоть и далеко, но душой всегда с вами, ни одной минуты нет, чтобы я не думала о вас. Ну, будет, а то я совсем раскисла. А пока досвидания, желаю вам всего хорошего и весело провести праздники... Митя ждёт от Бори картинок: лошадок, коров и собачек".

Отношения между домочадцами всегда были самыми заботливыми и нежными:

"Милая Вера, я очень боюсь за твоё здоровье: ты так много работаешь!.. Я заготавливаю больше для тебя яиц и цыплят и буду тебя откармливать. Напиши - когда ты приедешь, мальчики непременно хотят тебя встретить... Когда Господь приведёт, что мы соберёмся все вместе?! Это самое большое счастье матери, когда все дети при ней...
Я кухарку не держу, сама хожу на базар каждый день. Базар далеко и, конечно, сильно устаю. Помогают мне и Митя и Шура. и даже маленькая Лиля ходит в лавку и кормит кур. У нас, конечно, есть и собаки - целых три - это уже завёл Митя, кур тоже завёл Митя, теперь просит купить ему настоящую лошадь... Дети целый день сегодня писали тебе письма. Митя говорит: "Когда вся семья дома, - тогда гораздо веселее", и когда увидел твою карточку, то заплакал, а картинкам очень обрадовался. Папа тоже всем прислал открытки".

(окончание следует)


Comments

( 3 комментария — Оставить комментарий )
lskvsma
20 дек, 2008 08:49 (UTC)
Батюшка, какое чудо! Как удивительно!
gnoris
20 дек, 2008 11:45 (UTC)
Сердечное Вам спасибо за добрый отзыв!
olga_den
22 янв, 2009 09:13 (UTC)
Добрые письма, незатейливые. Но сколько в них тепла, заботы!!!
( 3 комментария — Оставить комментарий )

Latest Month

Август 2020
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Комментарии

Разработано LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner